Сборник статей, выпущенный под эгидой Ин­ститута всеобщей истории ран, стал крупным ша­гом вперед по сравнению с первыми трудами по ис­тории биполярной конфронтации, появившимися в постсоветский период




Скачать 108,89 Kb.
НазваниеСборник статей, выпущенный под эгидой Ин­ститута всеобщей истории ран, стал крупным ша­гом вперед по сравнению с первыми трудами по ис­тории биполярной конфронтации, появившимися в постсоветский период
Дата публикации18.04.2013
Размер108,89 Kb.
ТипСборник статей
pochit.ru > Военное дело > Сборник статей
// Новая и новейшая история. 2004. №4.

ХОЛОДНАЯ ВОЙНА. 1945-1963 гг. ИСТОРИЧЕСКАЯ РЕТРОСПЕКТИВА. Отв. ред. Н.И. Егорова, А.О. Чубарьян. М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2003, 640 с.

Сборник статей, выпущенный под эгидой Ин­ститута всеобщей истории РАН, стал крупным ша­гом вперед по сравнению с первыми трудами по ис­тории биполярной конфронтации, появившимися в постсоветский период1.

«Если говорить о концепции книги в целом, — отмечает во "Введении" Н.И. Егорова, - то статьи объединяет общий замысел авторского коллекти­ва: показать холодную войну как процесс, на за­рождение и динамику которого влияли не только глубинные идейно-политические факторы, но и це­лый ряд событий международной и внутриполити­ческой жизни обеих противоборствующих сторон. Выбор хронологических рамок с 1945 г. до начала 1960-х годов обусловлен целью изучения наиболее острого периода конфронтации, а также тем ком­плексом отечественных документов, которые к на­стоящему времени рассекречены и могли быть ис­пользованы исследователями при подготовке кни­ги» (с. 9).

Документальная база исследования обширна: авторы опирались на материалы Российского госу­дарственного архива социально-политической ис­тории, Архива внешней политики РФ, Архива Пре­зидента РФ и Архива Службы внешней разведки РФ, а также Национального архива США и сборников документов по внешней политике США .

Изучение книги показывает, что множество по­литических и военных проблем мировой политики начального периода "холодной войны" имеют чет­кие параллели в современной мировой политике. Неслучайно авторы сборника пошли по пути ис­пользования политологических подходов к анализу истории "холодной войны", популярность которых выросла в последние годы на фоне успеха ряда

1 Советская внешняя политика в годы "холод­ной войны" (1945-1985). Новое прочтение. Отв. ред. Л.Н. Нежинский. М., 1995; Холодная война: новые подходы, новые документы. Отв. ред. М.М Наринский. М., 1995; Сталинское десятилетие хо­лодной войны. Отв. ред. А.О. Чубарьян. М., 1999.

2 Foreign Relations of the United States - FRUS.

крупных монографий, выполненных на стыке исто­рии и политологии3.

На размышления об исторических аналогиях на­талкивает, например, статья В.О. Печатнова "От союза - к вражде (советско-американские отноше­ния в 1945-1946 гг.)", в которой анализируются от­ношения между СССР и его западными союзника­ми на заключительном этапе второй мировой вой­ны. Автор статьи убедительно демонстрирует, сколь сложные препятствия развитию партнерства между СССР и США в те годы ставила бюрократи­ческая инерция. Анализ В.О. Печатнова показыва­ет, что сторонам было тяжело преодолевать насле­дие долгих лет межвоенной конфронтации даже в периоды радужных ожиданий. Опыт противостоя­ния запечатлелся в памяти государственных аппа­ратов и стал труднопреодолимым даже для таких целеустремленных политических лидеров как Ф. Рузвельт.

Опыт складывания, а затем демонтажа антигит­леровской коалиции в 1940-е годы необходимо учи­тывать при анализе современных отношений Рос­сии с Западом. В этих отношениях налицо та же са­мая бюрократическая инерция, перед которой зачастую бессильна даже логика единой для всех угрозы экстремизма и его террористических прояв­лений в начале XXI в.

К более существенным расхождениям между со­юзниками, чем инерция бюрократического мышле­ния или преходящие ценности политических лиде­ров, обращается Д.Г. Наджафов в статье "К вопро­су о генезисе холодной войны". Рассматривая влияние советской идеологии на формирование по­слевоенной геополитической стратегии СССР, Д.Г. Наджафов вскрывает почти непреодолимые проблемы, с которыми был обречен столкнуться советско-британо-американский союз. Так, сталин-

3 Системная история международных отноше­ний. 1918-2003. Отв. ред. А.Д. Богатуров, т. 1, 2, М., 2000; т. 3, 4, М., 2003; Наринский М.М. История международных отношений. 1945-1975. М., 2004; Ди Нольфо Э. История международных отноше­ний. 1918-1999. М., 2003.

203

ский режим не собирался отказываться от обосно­ванной идеологически и опробованной на практике в конце 1930-х - начале 1940-х годов тактики ис­пользования "межимпериалистических противоре­чий". Такой подход был плохо совместим с поддер­жанием духа сотрудничества в отношениях между союзниками. В то же время, для полноты анализа автору, очевидно, стоило бы более детально отра­зить встречное неприятие ценностей советского строя западными союзниками СССР, которые так­же не стремились скрывать тактический характер объединения с Москвой в борьбе с нацизмом на протяжении первой половины 40-х годов.

Помимо ценностных расхождений, сохранению союза СССР и США препятствовали и геополити­ческие противоречия. Важным внешнеполитичес­ким приоритетом СССР в 1940-е годы, ставшим од­ним из главных объективных факторов развязыва­ния "холодной войны", было сохранение советского влияния в Центральной и Восточной Европе. Этого планировалось достичь посредством укрепления идеологически близких Москве режимов в странах региона. Признавая легитимность данного устрем­ления советского руководства, Запад, однако, рас­ходился со Сталиным в оценке целесообразной сте­пени контроля над данными режимами со стороны Москвы. Как показывает на основании новых доку­ментов Л.Я. Гибианский в статье "Проблемы Вос­точной Европы и начало формирования советского блока", руководство США и Великобритании ожи­дало, что СССР ограничится лишь обеспечением дружественности государств на его западных грани­цах, в то время как Сталин еще в ходе второй миро­вой войны поставил задачу закрепления в этих странах режимов, контролируемых Москвой. Вы­двинутые ранее различными исследователями ги­потезы относительно готовности советских руково­дителей допустить политический и идеологический плюрализм в Центральной и Восточной Европе Л.Я. Гибианский считает необоснованными.

Вместе с тем, как отмечает Н.И. Егорова, автор статей "Военно-политическая интеграция стран За­пада и реакция СССР (1947-1953 гг.)" и "Европей­ская безопасность, 1954—1955 гг.: поиски новых под­ходов", "консолидировав" просоветские режимы в Центральной и Восточной Европе, Сталин не сразу создал из них военно-политический союз. Строи­тельство военных блоков первыми начали государ­ства Запада в 1948-1949 гг. По мнению Н.И. Егоро­вой, "угроза национальной безопасности СССР (свя­занная с размещением военных баз НАТО по периметру границ СССР. -М.Т.) действительно вол­новала советское руководство", которое было вы­нуждено предпринимать ответные меры (с. 197).

Исходя из проведенного авторами сборника ана­лиза, можно заключить, что проблема руководства СССР в послевоенное время заключалась скорее в том, что Сталин и его соратники переоценивали роль военной силы в будущем мировом устройстве,

а также степень военной угрозы советским интере­сам со стороны других государств. На языке поли­тологии такую тенденцию называют "секьюритиза-цией" внешней и внутренней политики страны, т.е. подчинением различных аспектов жизнедеятельно­сти общества и государства узко трактуемым инте­ресам безопасности. Склонность Сталина к "секью-ритизации" можно понять, учитывая масштаб воен­ных разрушений и воспоминания о недавней войне.

Не вполне понимая роль свободного экономиче­ского взаимодействия в поддержании мира и ста­бильности, Советский Союз усмотрел в объедини­тельных процессах на Европейском континенте на­чала 50-х годов лишь военное измерение (с. 199), что способствовало враждебности отношений меж­ду Востоком и Западом и вело к состоянию "холод­ной войны".

В дальнейшем нежелание отдать должное сво­бодному экономическому измерению националь­ной мощи, очевидно, привело советское руководст­во к политике противодействия созданию западно­германского государства. Одной из причин озабоченности советской стороны, как указывает A.M. Филитов в статье "СССР и германский во­прос: поворотные пункты (1941-1961 гг.)", было на­метившееся в 1948 г. опережение западными зона­ми Германии ее восточной (советской) зоны в эко­номическом восстановлении и развитии страны (с. 236). Таким образом, вместе с другими нежела­тельными последствиями, образование западногер­манского государства могло подорвать внутрен­нюю привлекательность режима, формировавше­гося в восточной зоне оккупации, равно как и советское влияние в Германии в целом.

A.M. Филитов выдвинул в своей статье ряд ори­гинальных гипотез. Он, например, предполагает, что действия СССР по блокаде Западного Берлина в 1948-1949 гг. и согласие советского руководства на нападение Северной Кореи на Южную в 1950 г. имели целью "тестировать" американские намере­ния в отношении развязывания глобальной войны. Согласно логике автора, если бы США «готовились к "большой войне"», они не стали бы в сложившей­ся ситуации "цепляться" за Западный Берлин и Юж­ную Корею. По мнению A.M. Филитова, "именно эта логика объясняет, почему с советской стороны не предпринимали никаких мер против... контра­банды продуктов из Восточного Берлина в Запад­ный", а также "почему параллельно с ростом числа полетов все спокойнее становился тон советской пропаганды" (с. 238).

Обсуждение германского вопроса было естест­венным образом связано с Кубинским кризисом, от­мечает академик А.А. Фурсенко, автор статьи "Проблемы изучения истории Кубинского кризиса" (с. 595).

Исследованные академиком А.А. Фурсенко до­кументы российских архивов свидетельствуют, что человечество в 1962 г. было даже ближе к краю

204

ядерной пропасти, чем ученые считали раньше. "Наиболее важный аспект изучения Кубинского кри­зиса заключается в том, - отмечает А.А. Фурсенко, -что он не может рассматриваться лишь как эпизод советско-американских и советско-кубинских отно­шений, в отрыве от развития международных отно­шений периода холодной войны. События вокруг Кубы могут быть поняты только в контексте с глав­ными событиями того времени: Берлинским кризи­сом, возведением Берлинской стены, международ­ными отношениями на Дальнем Востоке и т.д." (с. 585).

Участие в сборнике американского историка К. Уэзерсби придает книге новый аспект: исследова­тели из стран, противостоявших друг другу во време­на "холодной войны", ныне совместно работают над "преодолением прошлого". В статье "Война в Корее 1950-1953 гг.: холодная война разгорается" К. Уэ­зерсби отмечает, что «есть некая ирония в том, что у истоков холодной войны, когда внимание обеих сто­рон было приковано к Европе, поворотным момен­том в ходе конфликта, определившим характер про­тивостояния на весь оставшийся период, стало нача­ло войны на далеком Корейском полуострове в июне 1950 г. Война в Корее привела к глобализации и милитаризации холодной войны, но одновременно и к ограничению ее масштаба - она дала образец "опосредованного конфликта", что позволяло Со­ветскому Союзу и Соединенным Штатам избегать прямого военного столкновения» (с. 257).

Как показывают документы, огромную роль в го­товности сторон к эскалации напряженности во вто­рой половине 40-х годов сыграло обретение сначала американской, а затем советской стороной атомного оружия и развитие средств его доставки. Советское руководство - и в первую очередь лично Сталин -были глубоко уязвлены отказом недавних союзников поделиться с СССР секретами атомной технологии. Как полагает автор статьи «Игра без мяча: социаль­но-психологический контекст советской "атомной дипломатии" (1945—1949 гг.)» В.Л. Мальков, именно это обстоятельство породило решимость Сталина не останавливаться ни перед какими затратами и чело­веческими жертвами во имя достижения ядерного па­ритета с США. Это, в свою очередь, подтолкнуло со­ветское руководство к форсированию "подморажи­вания" советской внутренней политики и экономических отношений, окончательно определи­ло невозможность поддержания какого-либо единст­ва вчерашних союзников на основе общих ценностей.

По аналогии с "бахвальством" консервативных кругов американского руководства в связи с атом­ной монополией США с 1945 по 1949 гг., внешняя политика СССР стала гораздо более наступатель­ной и непримиримой с момента получения Стали­ным отчета группы ученых-атомщиков, информи­ровавших советского лидера о близости создания советской атомной бомбы. В сложившейся ситуа­ции руководители СССР отвергли план, "предус­матривавший вхождение в диалог с Западом (на

базе американских проектов) по вопросу о контро­ле над атомными ресурсами мира и производством атомной энергии" (с. 307).

Вместе с тем, как показывает Ю.Н. Смирнов в статье "Холодная война как явление ядерного ве­ка", именно ядерное оружие, став одним из наибо­лее вероятных инструментов "горячей конфронта­ции", к концу 50-х годов подтолкнуло две сверхдер­жавы к поиску совместных мер обеспечения глобальной безопасности. Поняв в ходе ядерных ис­пытаний, какие последствия могла бы иметь эска­лация противоречий до уровня ядерного конфлик­та, СССР и США наметили общие интересы в обла­сти ядерного нераспространения, что к концу 60-х годов привело на время к разрядке международной напряженности.

В.В. Позняков, автор статьи "Разведка, разведы­вательная информация и процесс принятия реше­ний: поворотные пункты раннего периода холодной войны (1944-1953 гг.)", приходит к выводу о том, что деятельность советской разведки "в сфере атом­ного шпионажа существенно ускорила осуществле­ние отечественной ядерной программы" (с. 336). Од­нако информация, которую добывали советские разведчики, часто подвергая себя смертельному ри­ску, далеко не всегда доходила до "потребителей" и во многих случаях поступала к ним с опозданием. Однако и тогда, когда информация поступала вовре­мя, не было никакой гарантии, что она будет полно­стью использована "заказчиками". «Периодически высказываемое Сталиным, Молотовым, Берией и другими членами Политбюро недоверие к представ­ленной разведками информации и раздражение, ко­торое они не скрывали в тех случаях, когда пред­ставленные им сведения противоречили их... пред­ставлениям и оценкам ситуации, побуждали руководителей ГРУ, ПУ и КИ скрывать неприят­ные сообщения и факты или оценивать их как "не­достаточно проверенные"» (с. 349).

Тему противостояния разведок в годы ранней "холодной войны" продолжает А.И. Аггеева, автор статьи "Канада и начало холодной войны: дело Гуд-зенко в советско-канадских отношениях". Бегство в сентябре 1945 г. из советского посольства в Оттаве шифровальщика И. Гудзенко было использовано канадской стороной в пропагандистских антисовет­ских целях и "стало одним из первых в практике хо­лодной войны, когда обстоятельства деятельности военной разведки были преданы гласности в далеко идущих по своим последствиям политических це­лях", - отмечает автор (с. 401).

Ар.А. Улунян в статье "Греция и Турция между Западом и Востоком" рассматривает эти страны как объект противоборства СССР и США в 1950-е годы. Эти государства, обретшие к началу 1960-х годов статус региональных держав, стали частью западного блока, его "слабым звеном" (с. 427).

И.В. Гайдук в статье "Советский Союз на Женев­ской конференции по Индокитаю" подчеркивает,

205

что "в Москве боялась разрастания конфликта в Индокитае и его глобализации. Женевские соглаше­ния устранили эту опасность, по крайней мере, на некоторое время... При этом советское руководство было в меньшей степени обеспокоено тем, что в ре­зультате Женевских соглашений Вьетнам оказался расколотым на две части... Гораздо большее беспо­койство Москвы вызывала позиция США" (с. 451).

При всем значении Индокитайского фронта "хо­лодной войны", ключевую роль в системе отноше­ний Восток-Запад играла Европа. Эту точку зрения разделяет А.С. Стыкалин, автор статьи "Восточная Европа в системе отношений Восток-Запад (1953 -начало 1960-х гг.)".

С обострением ситуации в Восточной Европе в 1956 г. совпал Суэцкий кризис. Автор статьи "Суэц­кий кризис 1956 г." М.Я. Пелипась приходит к выво­ду о том, что уроки этого кризиса еще раз проде­монстрировали, что "даже в условиях военно-сило­вой конфронтации СССР и США участники мирового сообщества должны стремиться к понима­нию и учету интересов друг друга, созданию обста­новки взаимной предсказуемости действий" (с. 581).

Итоги последних полутора десятилетий изучения биполярной конфронтации подвел в "Послесловии" академик А.О. Чубарьян. Он отметил усиление со­трудничества ученых из различных государств, изу­чающих историю "холодной войны"; заметное рас­ширение источниковедческой базы позволило мно­гим исследователям перейти от поиска новых фактов к анализу методологических и теоретичес­ких проблем международных отношений послевоен-

ного периода. Академик А.О. Чубарьян также сформулировал перспективную программу дальней­шего изучения "холодной войны". По его мнению, в число вопросов, которым стоит уделить особое вни­мание, входят происхождение "холодной войны" и ее поворотные моменты, политика "малых" участ­ников противостоявших блоков, а также нейтраль­ных государств, роль объединения Германии в окон­чании биполярной конфронтации и т.д.

Коллектив авторов и редакторов стремился сде­лать книгу интересной и доступной широкому кру­гу читателей, помимо специалистов-историков из академических институтов и образовательных уч­реждений (о подобном намерении говорит выбор издательства, дизайн обложки, тираж). Знакомство со сборником делает очевидной его пользу в каче­стве пособия по принятию решений для современ­ных дипломатов и других практиков из сферы меж­дународных отношений и внешней политики.

Сборник "Холодная война. 1945-1963 гг. Исто­рическая ретроспектива", без сомнения, удался. Но­вый коллективный труд историков из России и США по "холодной войне" - важная веха в изуче­нии недавнего, но все еще покрытого сумраком недосказанности и секретности прошлого.

МЛ. Троицкий,

кандидат политических наук,

старший преподаватель кафедры

международных отношений и внешней

политики России МГИМО МИД РФ

206

Похожие:

Сборник статей, выпущенный под эгидой Ин­ститута всеобщей истории ран, стал крупным ша­гом вперед по сравнению с первыми трудами по ис­тории биполярной конфронтации, появившимися в постсоветский период iconРанние этапы заселения Брянского края славянами
Проблемы отечественной истории и всеобщей истории. Сборник статей памяти Н. И. Платунова. В соавторстве с Чернышовым С. В. Брянск:...
Сборник статей, выпущенный под эгидой Ин­ститута всеобщей истории ран, стал крупным ша­гом вперед по сравнению с первыми трудами по ис­тории биполярной конфронтации, появившимися в постсоветский период iconСборник статей
Дидактика художественного текста: Сборник статей / Под ред. А. В. Татаринова. Краснодар: Кубанский государственный университет, 2007....
Сборник статей, выпущенный под эгидой Ин­ститута всеобщей истории ран, стал крупным ша­гом вперед по сравнению с первыми трудами по ис­тории биполярной конфронтации, появившимися в постсоветский период iconСборник статей под редакцией А. В. Татаринова и Т. А. Хитаровой Краснодар...
Дидактика художественного текста: Сборник статей / Под ред. А. В. Татаринова, Т. А. Хитаровой. Краснода: Кубанский государственный...
Сборник статей, выпущенный под эгидой Ин­ститута всеобщей истории ран, стал крупным ша­гом вперед по сравнению с первыми трудами по ис­тории биполярной конфронтации, появившимися в постсоветский период iconКодекс Российской Федерации в действии: Сборник научных статей I
Новый Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в действии: Сборник научных статей I под ред. А. П. Гуськовой. Оренбург:...
Сборник статей, выпущенный под эгидой Ин­ститута всеобщей истории ран, стал крупным ша­гом вперед по сравнению с первыми трудами по ис­тории биполярной конфронтации, появившимися в постсоветский период iconН. В. Загладин Всемирная история. XX век
Старший научный сотрудник Института всеобщей истории ран, кандидат исторических наук
Сборник статей, выпущенный под эгидой Ин­ститута всеобщей истории ран, стал крупным ша­гом вперед по сравнению с первыми трудами по ис­тории биполярной конфронтации, появившимися в постсоветский период iconZarlit современнаяпоэзия : русскаяизарубежная краснодар 2011 удк...
С современная поэзия: русская и зарубежная (сборник статей) / Под ред. А. В. Татаринова. Краснодар: zarlit, 2011
Сборник статей, выпущенный под эгидой Ин­ститута всеобщей истории ран, стал крупным ша­гом вперед по сравнению с первыми трудами по ис­тории биполярной конфронтации, появившимися в постсоветский период iconИпнг ран
Ибо они давно, порознь, претендовали на роль водителей человечества, на роль вершителей его судеб. При этом они на протяжении всей...
Сборник статей, выпущенный под эгидой Ин­ститута всеобщей истории ран, стал крупным ша­гом вперед по сравнению с первыми трудами по ис­тории биполярной конфронтации, появившимися в постсоветский период iconСборник статей. М., 2001 –С. 72-110 Обновление антитеррористического законодательства
Н. Г. Киреев. Борьба с терроризмом в Турции //Исламизм и экстремизм на Ближнем востоке (сборник статей). М., 2001 –С. 72-110
Сборник статей, выпущенный под эгидой Ин­ститута всеобщей истории ран, стал крупным ша­гом вперед по сравнению с первыми трудами по ис­тории биполярной конфронтации, появившимися в постсоветский период iconСборник статей москва издательство «изобразительное искусство»
«Н. К. Рерих. Жизнь и творчество». Сборник статей М., «Изобразительное искусство», 1978, 372 с с ил
Сборник статей, выпущенный под эгидой Ин­ститута всеобщей истории ран, стал крупным ша­гом вперед по сравнению с первыми трудами по ис­тории биполярной конфронтации, появившимися в постсоветский период iconУчебниках истории // Достоевский и XX век: в 2 т
Подосокорский Н. Н. Достоевский и его творчество в современных российских учебниках истории // Достоевский и XX век: в 2 т. / Под...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2019
контакты
pochit.ru
Главная страница