Лекция 1




НазваниеЛекция 1
страница1/14
Дата публикации31.03.2013
Размер1.87 Mb.
ТипЛекция
pochit.ru > Право > Лекция
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14
Пермяков Ю.Е. Лекции по философии права: Учебное пособие. Самара: Изд-во "Самарский университет", 1995. 120 С. ISВN 5-230-06031-Х

В курсе лекций предпринята попытка философского осмысления права как феномена человеческой жизни, благодаря которому личность реализует свою духовную сущность, обретает единство с другими людьми, локализует свое местонахождение в мировом пространстве и преодолевает ограниченность индивидуального бытия.

Рассмотрены вопросы о сущности и моделях права, его соотношении с нравственностью, властью, утопическим сознанием, свободой и справедливостью. Особое внимание уделено проблеме взаимоотношений личности с правом, государством и властью. Предметом обсуждения стали также основания отрицания власти и права.

Для студентов юридического факультета, а также для всех интересующихся философскими проблемами права и правовой политики, правовой идеологией и правовой культурой.

Отв. редактор - д-р юрид. наук проф. С.А.Шейфер Рецензент - зав. кафедрой гуманитарных наук Самарской гуманитарной академии, канд философ, наук С.А Лишаев 1203021100-07 6К4(03) - 95 ISBN5-230-06031-Х © Ю.Е.Пермяков, 1995
СОДЕРЖАНИЕ
Лекция 1. ^ ВВЕДЕНИЕ В ФИЛОСОФИЮ ПРАВА .......................

Лекция 2. ПРИРОДА И СУЩНОСТЬ ПРАВА ...........................

Лекция 3. КОСМОС И ПРАВО ....................................................

Лекция 4. ЛИЧНОСТЬ И ПРАВО ................................................

Лекция 5. ПРОБЛЕМА ГУМАНИЗМА ВПРАВЕ......................

Лекция 6. ПРАВО И ВЛАСТЬ .......................................................

Лекция 7. ПРАВО И УТОПИЧЕСКОЕ СОЗНАНИЕ................

Лекция 8. ПРОСТРАНСТВЕННОЕ БЫТИЕ ПРАВА ...............

Лекция 9. ^ ЦЕННОСТЬ ПРАВА .....................................................

Заключение......................................................................................

Примечания.....................................................................................
^ ВВЕДЕНИЕ В ФИЛОСОФИЮ ПРАВА


§ 1. Специфика научного и философского познания права

Первая задача, с которой должен справиться лектор, приступающий к чтению курса лекций, обычно состоит в том, чтобы оправдать свое появление перед аудиторией. Это легко сделать, когда в лекциях излагаются положения какой-либо науки, тогда первым и вторым вопросом вводной лекции называют предмет и метод соответствующей отрасли научных знаний. В моем случае это невозможно. У философии нет своего предмета. И хотя осмысливаться нами будут политико-правовые явления, было бы неверно утверждать, что именно право станет объектом нашего философского изучения. Не предваряя выводов, которые нас ждут впереди, скажем так: мы будем изучать духовную ситуацию, в которой оказывается человек, соприкасающийся в своих поступках с правом, властью и государством.

После этого заявления о намерениях, воздавая должное современной вузовской традиции, следует в нескольких словах рассказать о практическом значении курса философии права для профессиональных юристов.

Юридическая деятельность, как правило, сопряжена с разрешением социальных конфликтов, где знание правовых норм и практики их применения служит ключом для поиска оптимальных моделей поведения всех участников правоотношений. Здесь юрист как бы лишен своей личности, текст закона и сам повод обращения граждан к юристу не меняются от того, как сам юрист находит себя в этой ситуации и что именно он думает о событии. Эта модель юридической деятельности, где юрист работает как функционер, ориентированный исключительно на правовые предписания, не соответствует действительности и далека от реальной жизни. Правоприменение включает в себя личность правоприменителя. Поэтому та проблема, которую помогает решить юрист, на самом деле выходит за рамки собственно правового интереса конфликтующих сторон. Любое решение юриста сопряжено с экзистенциальным выбором, в котором утверждается его отношение к жизни и его понимание таких фундаментальных проблем права, как проблема справедливости, свободы, насилия и т.д. Без такого самоопределения всякий маломальский юридический казус грозит обернуться трудноразрешимой проблемой именно потому, что юрист оказывается не в состоянии оправдать перед собственной совестью и рассудком те или иные поступки. В политической жизни такие люди легко становятся жертвами партийной пропаганды, навязывающей свое понимание смысла тех или иных событий, либо - что еще хуже - в процессе принятия решений целиком подчиняются стереотипам массового сознания, отказываясь от всяких границ между собственной личностью и толпой.

Итак, юрист должен уметь философски объяснить и обосновать свое решение, хотя право и не знает за ним такой обязанности. В противном случае юридическая деятельность губительна для человека: дезинтеграция личности (когда думаешь одно; а делаешь другое) влечет профессиональную непригодность и психические расстройства. Пацифист, наказывающий дезертира; судья, презирающий конституцию; следователь, подпавший под силовое воздействие жизненной философии обвиняемого, - знакомы ли вам эти фигуры? Трагична судьба общества, в котором юристы не могут в споре с политиками защитить закон, как трагична судьба тех, чьи политические и правовые решения расходятся с их собственными убеждениями.

Философия претендует на самостоятельность в изучении правовых явлений: Поэтому нужно определить статус философии права и, в частности, отграничить ее от общей теории права, также претендующей на раскрытие смысла и сущности права.

Отечественные юристы настойчиво утверждают мысль о том, что общая теория права является самостоятельной наукой, имеющей свой предмет - общие закономерности правовой жизни - и специфический метод. Есть и другая точка зрения: в действительности теория права является учебной дисциплиной, но не самостоятельной наукой. Так называемая "общая теория права" - это введение в догматику права (теорию правоотношений), социологию права, философию права и политологию. Не вдаваясь в дискуссию о предмете теории права, отметим все же, что она является наукой, это не оспаривает ни один участник растянувшейся во времени дискуссии. Философия права наукой не является. Что же называют наукой и научным знанием?

Специфика научного знания состоит прежде всего в том, что оно абстрактно, т.е. отвлеченно. Ни одна наука не претендует на познание мира или человека, но каждая вычленяет в действительности свой предмет исследования. Наука изучает проблему не в ее целостности, а лишь с одной стороны, Поэтому ее знание фрагментарно. Ее выводы имеют силу лишь при наличии некоторых предположении, поэтому наука начинается с формулирования аксиом. Так, экономисты, обсуждая различные системы налогообложения и пытаясь найти оптимальные способы финансового воздействия на экономику, исходят из предположения о том, что каждый предприниматель стремится к выгоде. Их мало интересует проблема общения деловых людей с той культурной средой, где осуждаются корыстные мотивы) В итоге "реформы разбиваются о менталитет", безупречно разработанные экономические программы усиливают в обществе социальную напряженность и в конечном счете влекут ухудшение экономического положения народа. Возникает потребность в "социально ориентированной" экономической политике, что фактически подтверждает многообразие неэкономических оценок предпринимательства, сложность мотивов экономической деятельности. Это обстоятельство, тем не менее, не расширяет предмет экономической теории, опирающейся на постулат о том, что все люди поступают так, как им это выгодно.

Напротив, философское познание конкретно, поскольку оно беспредпосылочно. Философия оперирует предельными категориями и по своему содержанию представляет завершенное, конечное знание. Философ не вправе уподобиться экономисту и заявить о том, что нечто выходит за рамки его компетенции. За пределами философии есть лишь вера, непередаваемое знание. Это не должно пониматься так, будто философия интересуется абсолютно всем - она, к примеру, может безразлично относиться к механизму действия права и иным подробностям правовой жизни. Но задача философии - поиск смысла всех правовых явлений. Так, теория права, изучая право как систему норм, отвлекается от того обстоятельства, что эти нормы могут быть невыполнимы для конкретных субъектов права или в определенной среде. Она констатирует наличие или отсутствие правооотношения и, соответственно, легальную возможность или невозможность обозначенного нормой поведения. Однако в действительности может оказаться так, что владелец субъективного права чувствует себя морально обязанным перед противоположной стороной - например, наследник, признанный таковым по закону, не может преодолеть моральный барьер и воспользоваться наследством в собственных интересах, проигнорировав ожидания родственников, не указанных в завещании или не перечисленных в статье закона... В этом и подобном ему случае юрист может оговориться: нас интересует формальная сторона дела, а житейские, психологические или политические аспекты пусть изучают другие. Эта позиция демонстрирует отвлеченность правовой науки и ее отказ от поиска смысла (ибо бессмысленно наделять правами тех, кто не собирается ими воспользоваться).

Научное знание натуралистично. Наука дает нам знание о природе и мыслит мир как природу. Коль скоро знание о природе дает человеку над нею власть, наука преимущественно прагматична и утилитарна: мы изучаем болезни, чтобы с ними бороться, мы изучаем преступность, чтобы противопоставить ей меры социальной и юридической защиты и т.д. От научного знания мы ожидаем пользы, поэтому искренней заинтересованности в получении истины у нас нет: нам нужно лишь такое знание, которое применимо в нашей жизни и деятельности. И хотя правовые науки изучают не природу, а общественные явления, в частности, право, они также натуралистичны, поскольку понимают общество как машину (систему) либо живой организм, деятельность которого протекает по законам, которые можно открыть и сформулировать - аналогично законам физики или зоологии. Право в теоретических исследованиях предстает как система норм, как правовое поведение, как явление культуры, во всех этих случаях оно понимается правоведами как факт, т.е. нечто, имеющее место в действительности.

Для философии же исторический факт существования права недостаточен для его признания. Философ ищет соответствие права его сущности и на этом основании может отказать какой-либо нормативной системе, исходящей от государства, и даже самому государству именовать себя правовым1. Наука описывает право таким, какое оно есть, философия описывает его таким, каким оно должно быть. Именно эта особенность философии, кстати сказать, ценится нами в повседневной жизни, когда, к примеру, мы заявляем мастеру из телеателье: "И эго вы называете ремонтом?"

Как уже было сказано, философия не имеет своего предмета. Как это понимать? Разве философам нечего изучать?

Определение предмета познания представляет собой первую гносеологическую операцию - вычленение из мира познающею субъекта. Предмет познания уже по своей природе не может в себе нести знание о субъекте, его там нет. Наука изучает мир, из которого предварительно удален субьект, именно поэтому научное знание внеличностно. Современная философия стремится к обретению бытия, в котором познание выступило бы также и в качестве онтологического акта: коль скоро познание - это процесс, протекающий не вне бытия, а в нем, следует, очевидно, согласиться с тем, что познание - это изменение бытия его "просветление" (Н.А.Бердяев). Если я что-то узнал о мире, то и мир становится другим. Мир изменился, потому что я - частичка этого мира - обременен уже новым знанием, вместе с миром я сам стал другим. Так, семья, в которой жена узнала о супружеской неверности мужа, - уже другая семья.

Таким образом, философия лишена своего предмета не потому, что ей нечего изучать, а потому, что приобретение философского знания означает рождение нового субъекта и нового бытия, это обновление мира. Философия права, как и философия культуры, философия религии или философия языка, не содержит в себе знание о противостоящей человеку реальности, но понимает эту реальность как состояние духовной жизни человека. Через познание права и связанных с ним феноменов мы попытаемся понять, что происходит с нами, когда мы объективируем духовный космос в правовые поступки и институты.

Поскольку философия права включает в себя также и историю философии права, есть смысл разграничить две отрасли знаний - историю философии права и историю политико-правовых учений2.

Прежде всего, история политико-правовых учений выступает как наука со своим предметом. Она изучает воззрения на право и государство, власть и политическое устройство, которые обыкновенно оформляются в систему взглядов, в концепцию. Эта наука изучает как отдельные доктрины, так и преемственность политических и правовых идей, а также зависимость политических и правовых воззрений от культуры, религиозных течений и исторических событий. Все, что свойственно науке, свойственно и истории политико-правовых учений: она дает нам внеличностное знание. Мы изучаем труды Платона, Локка или Спенсера такими, какими они были и существуют вне нас. Эти работы и взгляды существуют в истории, где нас не было, поэтому их изучают так, будто нас нет.

История философии права имеет дело с теми же именами и с теми же работами. Но в данном случае история не противостоит познающему субъекту как вереница внешних ему событий и доктрин. Курс истории философии права предназначен для исторического самоопределения личности, которая в ходе философского познания устанавливает связи не только с тем отрезком времени, который мы называем "современность", но и вписывает себя в круг тех идей, которые возникли задолго до нее, которые оформили менталитет народа, повлияли на понимание справедливости и т.д. В итоге жизнь человека раздвигается до видимых пределов человеческой цивилизации, и мы становимся историческими людьми, т.е. теми, кто собственную судьбу понимает в неразрывной связи с судьбой человечества. История теряет свою хронологию, и я оказываюсь причастным ко всем событиям, всем достижениям правовой и политической культуры. Вбирая в себя прошлый опыт, я становлюсь субъектом исторического действия, и в этом качестве я уже не принадлежу целиком окружающей меня современности.

Мы никогда не поймем смысл таких политико-правовых явлений, как гражданская война, неприятие власти или жестокость правосудия, если будем игнорировать понимание истории самим народом и его лидерами. Но категория "смысл" принадлежит философии, наука не ставит себе задачу поиска смысла того или иного исторического действия. Прежде чем понять действия мятежного президента или непослушного ему парламента, я должен понять собственную роль и участие в той исторической драме, которая вроде бы разыгрывалась без меня.
§ 2. Философия права и социальная философия. Выбор методологии

Если мы правы в том, что философия дает нам знание о бытии человека и является моментом этого бытия, то выбор той или иной философской системы в действительности есть определение способа духовной борьбы за тот или иной вариант или способ бытия3. Принимая ту или иную философскую картину мира, я тем самым принимаю и те оценки собственного поведения, которые органично вытекают из философской концепции.

Если мы повнимательнее отнесемся к этому выбору, то увидим, что в нем нет ничего произвольного: человек не может быть готовым принять любую философскую идею, поскольку он не может по своей воле поменять свое мировоззрение, хотя на словах иногда это делает неоднократно.

Кто-то в одну ночь превращается из либерала в сторонника диктатуры, из почвенника в западника, из коммуниста в фашиста. Кто-то может утратить свои демократические взгляды после прочтения краткой статьи Ф.Ницше о современной морали, но было бы неверным думать, что в нашей власти менять собственные убеждения. Философские убеждения можно утратить, но не поменять.

Выбор методологии философского познания всегда опирается на личный опыт и являет собою акт внутренней работы и внутренней жизни человека. Мы выбираем философскую концепцию, отвечающую нашим запросам, потому что в других книгах не находим слов о себе либо не узнаем себя. М.К.Мамардашвили в этой связи сказал, что философские знания вовсе не передаются, а лишь приобретаются в живом личном опыте. Нет никакого смысла, по его мнению, читать философские книги, если первоначально не ощутил настоятельную потребность разобраться в вопросах, поставленных самим перед собой4.

Итак, выбор философской концепции - это всего лишь вербализация и схематизация той проблемы, которая актуальна для конкретной личности в силу ее собственного опыта и по мере духовной зрелости. Чтобы понять право, можно обратиться к философии Маркса, Фрейда, Ницше или Бердяева и воспользоваться их образами и категориями, которые локализуют наше жизненное пространство и уготовляют нам соответствующее назначение в мире. Этот выбор нельзя поручить другому, и его невозможно сделать за других. Поэтому самое большее, на что я как автор претендую, состоит в демонстрации собственного понимания права и его отдельных проблем, что, я надеюсь, послужит поводом для формулирования читателем тех вопросов и проблем, которые стали частью его житейского и профессионального опыта.

В свое время (1929г.) С.Л.Франк отметил, что философия права может стать исповеданием общественной веры либо поиском общественного идеала5. Поскольку философия права пытается ответить на вопрос, что следует считать правом, есть опасность, по его мнению, превращения этой отрасли философского знания в набор политических требований и аксиом, т.е. в правовую идеологию. Внешняя наукообразность - полемичность, аргументированность, концептуальность и т.п. - могут скрывать политические домогательства, лишенные философского обоснования. И коль скоро задача философии права - изучать (а не декларировать), следует прийти к выводу об отсутствии у нее апологетических функций.

Определяя соотношение права и справедливости, права и нравственности, взаимодействие права с государством и социальными группами, философия нуждается в понимании сущности общества. Если философия права действительно задается вопросом о том, какая модель права и правовой политики отвечает своей сущности, она не может обойти вопрос и об осуществимости идеальных моделей (образов) права и политики. Иначе говоря, философия права является частным разделом социальной философии, исследующей природу гражданского общества и социального как такового. Философия права не претендует на целостное изучение общества, но всегда исходит из того или иного понимания социального. В свою очередь социальная философия не содержит в себе полного знания о социальном явлении, если не интересуется справедливостью человеческих усилий, его составляющих. Поэтому и социальная философия не развивается без философии права.

Одна из разновидностей социальной философии - позитивизм, в рамках которого развивается и марксизм, - сводит личность человека к выполняемым им социальным ролям, а само общество, соответственно, понимает как набор социальных ролей и отношений, согласованных между собой 6. Позитивизм не ставит перед собой таких вопросов, которые принято относить к метафизике (о смысле жизни, судьбе человечества, смерти и т.д.). Общество понимается как конечная реальность, за которой простирается лишь природа. Поэтому, вся человеческая проблематика умещается в социальной: вне общества человек существует лишь как природное существо. Иными словами, вне общества человека нет. Человеческая личность растворена в - социальном и не способна противостоять обществу. Противоположность личности обществу понимается лишь как противоположность одной социальной общности - другой, которой принадлежит личность и с которой связано утверждение ее в том или ином социальном качестве. Сама человеческая жизнь рассматривается лишь как служение обществу, если же выразиться по-ленински, более резко и однозначно, - как служение классу. Поэтому в социальной философии позитивизма, не говоря уже о марксизме, категория духовного излишня. Человек не знает духовных потребностей, у него они - лишь природные и социальные. Термин "духовное" в работах марксистов служит синонимом таких понятий, как "культурное", «идеальное", "социальное" и других.

Этот взгляд на мир проистекает из опыта человеческого отчуждения от самого себя: человек не имеет своей судьбы, он накрепко связан с обществом, лишающим его индивидуальной свободы. Если свобода быть целиком определяется готовностью вступить с обществом в диалог, то любое событие в жизни человека должно предстать социальным явлением7.

В XX столетии такое понимание человека подверглось критике со стороны философов-экзистенциалистов (А.Камю, К.Ясперс, Н.А.Бердяев и др.). Общество - это не первая и не единственная реальность, с которой встречается человек. Смысл его поступков нельзя сводить лишь к его значению для других, т.е. к их социальным свойствам. Жизнь человека несводима к исполнению им социальных ролей, поскольку в отличие от общества человек смертен, и одно это обстоятельство уже делает его судьбу непохожей на судьбу социума, преображает значение даже самых простых человеческих поступков. (Общество, которое догадывается о своей кончине в скором или отдаленном будущем, также -приходит к постановке экзистенциальных вопросов: если грядет конец, чего тогда стоит так называемый социальный прогресс и вся культура? Не бессмысленны ли человеческие усилия, если в конечном счете от цивилизации останутся одни руины? Как оправдать тогда кровь и жертвы, на которые согласилось человечество при восхождении к небытию?)

Экзистенциалисты не отрицают диалог человека с обществом, но хотели бы знать, о чем в этом диалоге ведется речь. Общение всегда предполагает взаимную зависимость друг от друга и утрату какой-то доли собственной свободы. Экзистенциализм пытается понять, как с помощью общества человек решает исключительно ему принадлежащие проблемы жизни и смерти, как с помощью общества человек существует в качестве свободной личности. Общество в этой философской традиции трактуется как пространство, в котором человек реализует свою сущность, понятую им самим. В этом пространстве он находит средства деятельности, но смысл собственных поступков определяет лишь он сам. Человек может убежать от собственного бытия и целиком превратиться в "общественное животное" (Аристотель), став заложником социального порядка и господствующей в нем социальной философии. Но он также может стремиться к возвращению к своей самости, к самому себе, и тогда он ответствен за собственные действия и убеждения перед самим собой.

Экзистенция, истинное бытие человека - это свобода. Поэтому право, казалось бы, враждебно человеку, поскольку посягает на его свободу. По этой причине экзистенциальную философию многие философы (например, Ганс Кельзен)8 рассматривают как негодную в качестве методологической основы философии права. Именно это обстоятельство ставится ей в заслугу другими: она пытается разорвать замкнутый круг, т.е. понять, как человеку удается с помощью права вернуться в подлинный мир свободы, утвердив тем самым право в качестве бытия свободы.

Следующая философская система - феноменология - также возникла в начале XX столетия и связана с именами Гуссерля, Мерло-Понти, Шюца и других. Основной интерес феноменологов сосредоточен вокруг проблемы восприятия природных и социальных фактов. Когда мы начинаем изучать какую-либо проблему, то редко отдаем себе отчет в том, что уже произвели мыслительную операцию, поместив и обозначив ее в системе наших понятий и представлений. Феноменология рассматривает социальные отношения и институты в неразрывной связи с формами восприятия, свойственными определенной языковой среде. Наше понимание права определяет его действие. Наше понимание государства определяет устройство политической системы. Когда мы обсуждаем проблему обращения с преступниками и отдаем предпочтение альтернативным моделям уголовной политики, не знающим наказания как такового, то на самом деле мы заняты чем-то другим, поскольку, назвав человека, преступившего закон, "преступником", все наши меры мыслим уже лишь в пределах этой реакции на преступление (иначе мы не употребили бы это понятие). Дело не в использовании тех или иных слов, а в их способности конструировать наш социальный мир особым образом. Так, можно ни разу в своей политической речи не произнести слово "царь" и тем не менее обнаружить именно патерналистское понимание сути политической жизни (подняв вопрос об этичности выдвижения собственной кандидатуры на следующих выборах при нынешнем "живом" президенте, например).

Психоаналитическое учение З.Фрейда и его последователей изначально претендовало на философскую концепцию, в которой исследовались происхождение морали, права, религии, а также назначение некоторых социальных институтов9. В центр своего философского учения З.Фрейд ставит проблему человека, понимая его как единство субъективного и объективного, рационального и иррационального, сознательного и бессознательного. Внешний социальный мир, по мнению Зигмунда Фрейда, не может быть понят без предварительных знаний об элементах человеческой психики, которые проецируются вовне. Человеческая культура, нравственные нормы, институты права и религии могут быть поняты как средства достижения гармонии разнообразных стремлений человека. Сам же человек исследуется Фрейдом в условиях неудовлетворенности культурой и несовершенством социального мира, поскольку само существование нормы (табу) возможно лишь при встрече культуры с не-культурой. Право и правовые процедуры изучаются Фрейдом прежде всего как механизм защиты человека от проблем, вызванных его собственной природой.

Каким же образом нам может пригодиться знание этих различных подходов к изучению права и общества, если философское знание личностно и непередаваемо?

Во-первых, все эти философские концепции предлагают нам различные модели вербализации и формализации нашего собственного понимания мира. Во-вторых, мы никогда не представляем себе ясно и отчетливо собственные философские воззрения, весьма смутно догадываясь о присущей нам философской вере. Участвуя в философских диспутах, легче обрести почву под ногами и, найдя понимание у других, преодолеть замкнутость индивидуального существования. Наконец, знакомство с различными философскими системами помогает понять источник тех или иных вопросов, которые на первый взгляд кажутся надуманными или же непонятными.

Я полагаю, что их противоречивость друг другу не исключает преемственности. Я также не намерен участвовать в дискуссии о том, какая философия права "правильнее" других - это было бы похоже на обсуждение детского вопроса о том, что лучше - майский жук, золотая пушка или спрятанная от родителей спичка...

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14

Похожие:

Лекция 1 iconЛекция I и проблема языка и сознания лекция II 31 слово и его семантическое...
Монография представляет собой изложение курса лекций, про* читанных автором на факультете психологии Московского государственного...
Лекция 1 iconЛекция религии современных неписьменных народов: человек и его мир...
Редактор Т. Липкина Художник Л. Чинёное Корректор Г. Казакова Компьютерная верстка М. Егоровой
Лекция 1 iconЛекция одиннадцатая. Постиндустриальный мир как замкнутая хозяйственная...
Лекция четвертая. Трансформация производственных отношений постиндустриального общества. 25
Лекция 1 iconЛекция №6
Лекция №6 Вредные вещества и их воздействие на человека. Основы промышленной токсикологии
Лекция 1 iconЛекция №5
Лекция №5 Вредные вещества и их воздействие на человека. Основы промышленной токсикологии
Лекция 1 iconЛекция 1
Лекция Мировая экономика. Возникновение, сущность и основные тенденции ее развития
Лекция 1 iconЛекция Информатика как наука и учебный предмет в школе с. 3-7 Лекция...
Введение в 1985 г в среднюю школу отдельного общеобразовательного предмета «Основы информатики и вычислительной техники» дало старт...
Лекция 1 iconЛекция Предмет и метод экономической социологии Лекция Основные направления...
Зачет ставится в том случае, если студент набирает 4 и более баллов по 10-ти балльной системе
Лекция 1 iconЛекция Предмет и метод экономической социологии Лекция Основные направления...
Зачет ставится в том случае, если студент набирает 4 и более баллов по 10-ти балльной системе
Лекция 1 iconЛекция Лекция-диалог
Скоординировать работу библиотеки со всеми структурами учреждений образования, библиотеками рцбс
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
pochit.ru
Главная страница