Сцены у пушкинского дома




НазваниеСцены у пушкинского дома
страница5/5
Дата публикации11.12.2013
Размер0,51 Mb.
ТипДокументы
pochit.ru > Философия > Документы
1   2   3   4   5

КСЕНИЯ АРКАДЬЕВНА: По-моему, гораздо важнее понять и вовремя поддержать другого, даже в ущерб самому себе. Вы поклонник точных наук?

ИГОРЬ: Конечно.

КСЕНИЯ АРКАДЬЕВНА: А вот это?

Урну с водой уронив, об утёс её дева разбили.

Дева печально сидит, праздный держа черепок.

Чудо! Не сякнет вода, изливаясь из урны разбитой.

Дева, над вечной струёй, вечно печальна сидит.

Пока люди понимают, что электронная машина просто помогает нам по хозяйству, а царскосельская статуя делает нас людьми, можно не беспокоиться за наш мир: в нём всё в порядке.

ИГОРЬ: Вам видней.

КСЕНИЯ АРКАДЬЕВНА: Поскольку мы случайно оказались с вами наедине, молодой человек, я хочу вас просить. Я отдаю себе отчёт в том, что не имею ни малейшего права читать вам мораль. Я посторонняя старуха, да ещё заморская. Поэтому я только прошу. Не будьте жестоки. Жестокость далеко ведёт. Простите мою навязчивость.

КУРКОТИНА: (Ксении Аркадьевне). А вы что сидите?

(Возвращаются все, кроме Сучкова).

КСЕНИЯ АРКАДЬЕВНА: Философствуем.

КУРКОТИНА: Сходили бы лучше. Может, они старого человека послушают, тем более иностранку. С нами и разговаривать не хотят.

КУРКОТИН: Не преувеличивай, Зина.

ВИКА: Зря сидели, выходит? Воскресенье прошло, и с приветом?

КУРКОТИН: Ваня, пиши жалобу, мы подпишем.

ИРИНА: Мама…

КУРКОТИНА: Перестань меня одёргивать. Вам с отцом не по музеям ходить, а на печке греться.

СУЧКОВ: (подходя). Тихо, товарищи, тихо, не митингуйте.

КУРКОТИНА: А вы? Тоже мне сотрудник, договориться не могли.

СУЧКОВ: Я договорился. К Нине Ивановне подошёл, к директору, картину обрисовал. Она человек понимающий, вошла в положение. Разрешила в порядке исключения. Только тихо, чтоб дисциплина строжайшая, ладушки?..
^ СЦЕНА ШЕСТАЯ

Кабинет Пушкина.

В тревожном свете дежурных лампочек наши герои.

В тишине – голос Марии Леонидовны.

МАРИЯ ЛЕОНИДОВНА: … Мне день и ночь покоя не даёт

Мой чёрный человек. За мною всюду

как тень он гонится. Вот и теперь

Мне кажется, он с нами сам – третий

Сидит…

Как чувствовал… Два предсказания было ему в жизни. Петербургская немка и грек в Одессе нагадали одно и то же: смерть от белого коня или белокурого человека. Истерзанный сплетнями, долгами, ложью царя, предательством бывших почитателей, шептавших по гостиным, что Пушкин уже не тот, что он выдохся и исписался, он должен был разрубить узел. Карамзиной говорил: мне недовольно того, что мои друзья, как и я, убеждены в чистоте и невиновности моей жены. Мне нужно, чтобы моё имя и честь были неприкосновенны во всех уголках России…

… Его ждали к обеду. В седьмом часу к дому подъехали сани. Камердинер выскочил на улицу, взял его на руки, понёс по лестнице. «Тебе легко нести меня?» - спросил Пушкин. Когда проходили переднюю, жена кинулась к нему, но он остановил её, велел сказать, что ранен легко, и в ногу. Его внесли сюда, в кабинет, уложили на этот диван. Он переоделся, привёл себя в порядок. Только тогда послал за Натальей Николаевной. Она вошла, упала перед ним на колени. Он улыбнулся, погладил её руку, сказал: «Не упрекай себя моей смертью, это дело, которое касалось одного меня». Защищал её от будущих судей…

… Послали за Жуковским. Добрый гений Василий Андреевич! Сколько раз отводил он от непокорного ученика удары судьбы, заступался перед царём, выговаривал за безрассудство. Не уберёг, не удержал, не разглядел той мрачной бездны, в которой жила последний год пушкинская душа. Ученик лежал перед ним осунувшийся, постаревший. Доктор Арендт накладывал на рану компресс. Надежды не было. Жуковский смотрел в чёрное ночное окно, плакал. С Пушкиным уходила из его жизни, может быть, самая большая его привязанность…

… Арендта Пушкин спросил: «Скажите мне моё положение. Говорите всё, меня ничто не напугает. Я должен сделать необходимые распоряжения». Арендт ответил: «Рана ваша очень опасна, к выздоровлению вашему я почти не имею надежды». Пушкин поблагодарил. Лейб-медик Арендт, человек далеко не сентиментальный, видевший смерть в тридцати сражениях, говорил потом, что ничего подобного не встречал, не видел такого мужества, такого терпения при невероятных страданиях. И ещё одну замечательную вещь сказал Арендт: для Пушкина жаль, что он не был убит на месте, но для жены его это счастье. Видя его отношение к ней, нельзя сомневаться в любви, которую он к ней сохранил…

… Наталья Николаевна как призрак металась по дому. Подходила к кабинету, её не пускали. Ходила из комнаты в комнату, повторяя: он будет жив, вот увидите, он будет жив. К вечеру двадцать восьмого ему стало легче. Она сидела с ним долго. Он сказал: «Ступай в деревню, носи по мне траур два года, потом выходи замуж». Сказал спокойно, смотрел на неё ласково и печально. Всё понимал. Прощался…

… В ночь с двадцать восьмого на двадцать девятое остался, наконец, один. Боль отпустила. Один среди книг. Вне этих стен он мог быть всяким, здесь был самим собой. Оплывала свеча, безмолвно стояли книги. Кончалась его последняя ночь…

… Он умер так тихо, что стоявшие рядом не заметили смерти…

… Я привела вас сюда, ребята, чтобы вы почувствовали и пережили то, что чувствовала и переживала в тот страшный день Россия. Вы как могли сопротивлялись, и мне жаль, что здесь нет всех моих учеников. Но я верю, что вы ничего не забудете. Не забудете, как рождалась русская литература, как она теряла своих гениев. Другими глазами прочтёте вы теперь о том, как в свинцовом гробу привезли из Пятигорска Лермонтова, как стояла над гробом бабушка Елизавета Алексеевна, безутешно повторяя: «Здесь? Мишенька?» Как дрожащими руками бросал в огонь «Мёртвые души» Гоголь. Вы поймёте эти потери. Поймёте, почему первого февраля, в день отпевания Пушкина на Конюшенной, замер весь Петербург. Почему позади дипломатического корпуса стояли студенты, чиновники и прочий незнатный люд. Он был их защитником. Он говорил, когда все молчали. Как часто в тишине общего смирения, надрывая сердце и ускоряя собственную гибель, говорят русские поэты…

… Пушкин говорил, что лучший университет – это счастье. Оно довершает воспитание души, способной к доброму и прекрасному. Я так хочу, ребята, чтобы вы были счастливы. Ты, Даня, человек славный и добрый, но тебе не хватает твёрдости. Сам ты никогда не покривишь душой, и у тебя есть убеждения, но если их не отстаивать, всё лучшее в тебе может погибнуть. Я знаю, Гриша Кукушкин, как одиноко тебе в семье. Я догадываюсь, что ты пытаешься скрыть под своей вечной клоунадой, и очень хочу помочь тебе, но как? Ты ведь меня и близко не подпускаешь… Мне бывает так трудно, что порой хочется крикнуть: Господи, дай мне силы понять своих учеников! Дай силы вырастить их такими, чтобы мелкие и пошлые люди не увлекли их на ложный путь. Научи, как самой не погрязнуть в повседневных заботах, не стать равнодушной к ним и желчной от неудач. Ведь нет у меня другой жизни и не нужна она мне. Во имя моего и их блага укрепи наш союз, Господи!..
^ СЦЕНА СЕДЬМАЯ

Набережная Мойки.

Из-под арки выходят Ксения Аркадьевна и Миша.

КСЕНИЯ АРКАДЬЕВНА: Выяснили, Мишель?

МИША: Автобус на Михайловское в 22.50. В шесть утра там.

КСЕНИЯ АРКАДЬЕВНА: Сейчас половина девятого. Заезжаем в гостиницу – на минутку, Мишель, я не копуша – и на вокзал. Заодно решаем проблему вашего жилья.

МИША: Не знаю я, честно.

КСЕНИЯ АРКАДЬЕВНА: Что вы теперь не знаете?

МИША: Как-то ни с того ни с сего…

КСЕНИЯ АРКАДЬЕВНА: Ну да, импровизаций в Шалакуше не терпят. Надо сесть за стол, опорожнить самовар, опросить родственников. Бегом на почту. Я подожду, погуляю. Надеюсь, вы не сбежите?

МИША: За кого вы меня принимаете?

КСЕНИЯ АРКАДЬЕВНА: За хорошего человека, Мишель. Чуточку упрямого, но лично мне очень симпатичного.

(Миша убегает. Ксения Аркадьевна уходит по набережной.

Появляются Симеон и Ирина).

СИМЕОН: Вы такая невесёлая, Ирина.

ИРИНА: Я как будто всё ещё там. Как будто всё на моих глазах, а я ничего не могу сделать.

СИМЕОН: Не хочется уходить. Хочется на речку смотреть, разговаривать. Вы сейчас уедете?

ИРИНА: Музей закрыт, очереди нет, стоять не за кем.

СИМЕОН: Плохо без очереди. Погуляем?

ИРИНА: Мои сейчас выйдут.

СИМЕОН: Мы недалеко, по берегу.

(Уходят.

Из дворика вышли Куркотины).

КУРКОТИНА: Что ты к ней прилип, к этой дамочке? Рот раскрыл, как мальчик, и стоит, стоит.

КУРКОТИН: Приревновала?

КУРКОТИН: Москва не через дорогу, самому ночь за рулём сидеть. Где Ирина?

КУРКОТИН: Гуляют.

КУРКОТИНА: Как об стенку горох. Предупреждала же.

КУРКОТИН: Не болтай чепухи.

КУРКОТИНА: Ты отец, ты и думай. Я своё слово сказала. (Уходят).

Медленно идут Игорь и Вика.

ВИКА: О чём думаешь?

ИГОРЬ: Ни о чём.

ВИКА: Пойдём на лавочке посидим, поболтаем.

ИГОРЬ: О чём?

ВИКА: Откуда я знаю? Что такое любовь, например. Хочешь, я больше ни с кем ходить не буду? Кроме тебя. Мне всё время хочется тебя видеть, даже во сне. Мне иногда хочется, чтобы ты заболел. Нет, не гриппом, не ангиной, а серьёзно. Чтобы у тебя руки отнялись или ноги. Чтобы тебя паралич разбил.

ИГОРЬ: Спасибо.

ВИКА: Я бы около тебя день и ночь сидела, кормила тебя, поила, ухаживала. Конечно, ты можешь всё это растрепать, раз уж я сама сказала. Я тебя, конечно, возненавижу за это, но всё равно не забуду.

ИГОРЬ: Странные вы люди.

ВИКА: Женщины вообще странные.

(Появляются Мария Леонидовна, Сучков, Лида и Даня).

СУЧКОВ: Спите спокойно, Мария Леонидовна, я всё закрыл, проверил… Экскурсанты-то наши, смотри, прохаживаются, да всё парочками, парочками. Белая ночь располагает.

(Подходят Ксения Аркадьевна, Миша, Ирина, Симеон, Куркотины).

Ну что, товарищи иногородние и иностранцы, по домам пора?

КСЕНИЯ АРКАДЬЕВНА: Кому по домам, а кому и дальше по свету. Мы, например, с Мишей в Михайловское. Поеду поклонюсь родным могилам, да и самой туда собираться пора.

СУЧКОВ: Пилигримы. На чём едете?

МИША: В 22.50 автобус.

КУРКОТИН: Позвольте, почему автобус? У нас, как говорится, личный транспорт.

КУРКОТИНА: Окстись, Ваня, нам в Москву, а им куда?

КУРКОТИН: И нам туда. В Москву успеем. Как считаешь, Ирина?

ИРИНА: папка, ты ещё спрашиваешь?!

КУРКОТИНЫ: Прощайтесь, товарищи, и если не возражаете – милости просим.

СУЧКОВ: Вот что значит в очереди постоять. Великая сила – очередь.

ИРИНА: Мария Леонидовна, спасибо вам. Вы для меня такое сделали… Я такого никогда не знала. Нам литературу по конспекту давали, вот я такая и получилась, по конспекту. Спасибо.

КСЕНИЯ АРКАДЬЕВНА: Прощайте, Машенька. Дай вам Бог счастья. Адье, ле жён жан. Не поминайте лихом.

КУРКОТИН: Случится быть в Тамбове – заходите.

МИША: До свидания всем.

КУРКОТИН: Садимся, товарищи.

(Куркотины, Ирина, Симеон, Миша, Сучков и Ксения Аркадьевна уходят).

ЛИДА: Вы с нами, Мария Леонидовна?

МАРИЯ ЛЕОНИДОВНА: Идите. Я постою немного.

(Ребята уходят, Мария Леонидовна одна. Вернулся Игорь,

Остановился у парапета. Долго молчат).

ИГОРЬ: Вы всем что-то сказали. Кроме меня. Не нашли нужным?

МАРИЯ ЛЕОНИДОВНА: Для тебя это так важно?

ИГОРЬ: По-серьёзному мы никогда не говорили.

МАРИЯ ЛЕОНИДОВНА: Тихо как. Тебе часто удаётся постоять вот так у воды?

ИГОРЬ: Не считал, не знаю.

МАРИЯ ЛЕОНИДОВНА: Это рыба плещется?

ИГОРЬ: Рыбу отсюда давно выгнали. Мазут плещется. А вам очень хочется, чтобы рыба?

МАРИЯ ЛЕОНИДОВНА: Мы разные люди, Игорь. По долгу службы я должна тебя воспитывать, но навряд ли мне это удастся. Ты достаточно сформирован. Мои ценности для тебя ничто. Мы ещё помучаем друг друга, но, видимо, так чужими и расстанемся. Я буду считать тебя своим поражением, а ты меня – неизбежным злом.

ИГОРЬ: Нет, но я…

МАРИЯ ЛЕОНИДОВНА: А это белая ночь, Игорь. Белая ночь, и не больше.

(Показался Гурам).

ИГОРЬ: Муж ваш топает. Мы ещё поговорим. (Уходит).

МАРИЯ ЛЕОНИДОВНА: Ну что?

ГУРАМ: А что?

МАРИЯ ЛЕОНИДОВНА: Я же просила тебя здесь не прогуливаться.

ГУРАМ: Мимо иду.

МАРИЯ ЛЕОНИДОВНА: Гурам! Подожди. Ты меня любишь?

ГУРАМ: С тобой не соскучишься.

МАРИЯ ЛЕОНИДОВНА: Отвечай, когда спрашивают.

ГУРАМ: Пушкин выручил?

МАРИЯ ЛЕОНИДОВНА: Я жду.

ГУРАМ: Да.

МАРИЯ ЛЕОНИДОВНА: (обняла его). Прости меня, пожалуйста. Дорогой мой восточный человек. Когда я теряюсь в этом мире и начинаю искать опоры и защиты, я знаю, что нужно просто припасть к тебе и ты спасёшь меня.

(Вывернулся из-под арки и решительно направился к ним Кукушкин).

Кукушкин, боже, я о нём и забыла. Откуда ты, Кукушкин?

КУКУШКИН: От верблюда. И грузина я вашего не боюсь. Всё скажу.

ГУРАМ: Полегче.

КУКУШКИН: Вас за язык тянули? Что вы там про мою семью разорялись, что мне там плохо? Мне, может, лучше вашего. И в классе у меня всё в норме. Суётесь, куда не просят. Не ваше дело, ясно? (Уходит).

МАРИЯ ЛЕОНИДОВНА: Я не то имела в виду, Кукушкин, стой, Кукушкин… (Убегает, Гурам за ней).

(Лоточница Галя устало катит свою тележку.

Навстречу ей идёт Сучков).

СУЧКОВ: Так весь день и проторговала?

ГАЛЯ: Вас не спросилась.

СУЧКОВ: Много заработала?

ГАЛЯ: Что вы всё вредничаете? Побегали бы с моё да подрали глотку. Будто я из удовольствия. Сама бы сейчас в кино сидела да семечки лузгала, а не с вами собачилась.

СУЧКОВ: Примитивная ты натура.

ГАЛЯ: Вы больно образованный. Пустите тележку-то. (Уходя). Будь проще, дядя, к тебе народ потянется…

(По набережной идёт Кукушкин).

СУЧКОВ: Кукушкин, ты?

КУКУШКИН: Ну?

СУЧКОВ: Что не дома? Разошлись все.

КУКУШКИН: А что мне там делать?

СУЧКОВ: Такая ситуация? Постоим тогда.

КУКУШКИН: Зачем?

СУЧКОВ: Поболтаем. Поразмышляем. Каждый о себе. Ты когда-нибудь размышлял о себе, Кукушкин? Кто ты, что ты, зачем на свет родился?

КУКУШКИН: Псих я, что ли?

СУЧКОВ: Напрасно. Разбередил тебе душу Александр Сергеевич, ты этим и воспользуйся. Спроси себя: Гриша, долго ещё собираешься при ком-то в мальчиках для битья жить или пора на собственную стезю выбираться?.. Слушай-ка:

Когда для смертного умолкнет шумный день,

И на немые стогны града

Полупрозрачная наляжет ночи тень

И сон, дневных трудов награда,

В то время для меня влачатся в тишине

Часы томительного бденья…

(Они так и остаются вдвоём у реки. Внизу плещется вода, а над ними

Стоит, как вечность, белая петербургская ночь).
КОНЕЦ



1   2   3   4   5

Похожие:

Сцены у пушкинского дома iconСценарий выпускного вечера 2008 год «Беззаботной бабочкой улетело детство»
Оформление сцены: по бокам сцены стоят фигуры 2 детей из гелиевых шариков, в руках которых арка из шаров, через которую выпускники...
Сцены у пушкинского дома iconПрезентация (тема урока, годы жизни Арины Родионовны, фотографии...
...
Сцены у пушкинского дома iconРегламент по предоставлению государственным бюджетным образовательным...
Пушкинского района Санкт-Петербурга, находящейся в ведении администрации
Сцены у пушкинского дома icon«Комплексный центр социального обслуживания населения Пушкинского района»
Гу кцсон с учреждениями и организациями Санкт-Петербурга в интересах социального обслуживания населения Пушкинского района
Сцены у пушкинского дома iconДоклад государственного общеобразовательного учреждения средней общеобразовательной...
Государственное общеобразовательное учреждение средняя общеобразовательная школа №403 Пушкинского района Санкт-Петербурга является...
Сцены у пушкинского дома iconСамая музыкальная команда
Оформление: центральная стена сцены украшена цветами. Внизу сцены стоят столики для команд, на каждом столике — сигнальные карточки...
Сцены у пушкинского дома iconСценарий литературно-кинематографического вечера, посвященного 80-летнему...
Оформление сцены: на экране – название мероприятия «Творчество как песня». Задник сцены оформлен в бело-голубых тонах, стоит кресло...
Сцены у пушкинского дома iconI глава. Теоретическая часть Дома из дерева
Сколько раз конопатить деревянные дома?
Сцены у пушкинского дома iconРегламент по предоставлению государственным бюджетным общеобразовательным...
По предоставлению государственным бюджетным общеобразовательным учреждением средняя общеобразовательная школа №511 пушкинского района...
Сцены у пушкинского дома iconТайны двенадцатого дома
Что из этого выйдет и к каким неожиданным выводам можно прийти, глядя на мир с позиции качеств 12 дома, вы узнаете из содержания...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2019
контакты
pochit.ru
Главная страница