Е. А. Тюгашев феномен философии в работах философов




Скачать 240,86 Kb.
НазваниеЕ. А. Тюгашев феномен философии в работах философов
страница1/3
Дата публикации12.10.2013
Размер240,86 Kb.
ТипДокументы
pochit.ru > Философия > Документы
  1   2   3


Е.А. Тюгашев

ФЕНОМЕН ФИЛОСОФИИ В РАБОТАХ ФИЛОСОФОВ

НОВОСИБИРСКОГО АКАДЕМГОРОДКА:

ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЕ ПЕРСПЕКТИВЫ
В истории философии большое значение имела деятельность не только известных философов, но региональных философских сообществ. В рамках сообщества отдельные философы получали известность и благодаря этому представляли сообщество перед широкой общественностью. Изучение коллективной ментальности философского сообщества представляется существенным для более глубокого и конкретного понимания социокультурной детерминации историко-философского процесса.

Во второй половине ХХ века философское сообщество новосибирского Академгородка было одним из влиятельных региональных центров развития отечественной философии. В отличие от других философских центров его особенностью является отсутствие формального (и неформального) лидера, позиция которого определяла бы принятое в сообществе отношение к философии. Философское сообщество новосибирского академгородка представлено множеством автономных творческих групп и научных школ, в интеллектуальном взаимодействии которых формируется облик коллективной философской мысли. Поэтому философское сознание и самосознание, реализованное в трудах философов новосибирского академгородка, представляется нам удобным объектом для изучения коллективной ментальности.

Предметом настоящего исследования являются взгляды на феномен философии. Разнообразие имеющихся по этому вопросу точек зрения открывает, с одной стороны, множество перспектив в исследовании философии, но, с другой стороны, эти перспективы сходятся, так как нормированы принадлежностью к одному сообществу. Системообразующим основанием развития философского сообщества в Новосибирске стала деятельность Сибирского отделения Академии наук. Поэтому воспринималась позитивно и поощрялась практическая ориентация философии на методологическое обеспечение науки и технического прогресса, что не могло не найти отражения в сложившемся образе философии.

С известной мерой условности могут быть выделены четыре основные перспективы в исследовании философии: социально-практическая, социально-познавательная, социально-гуманистическая, социально-историческая. Указанные перспективы не являются взаимоисключающими. Каждое из выделенных направлений в целом не отрицает основных достижений предшествующего направления, но оценивает их как недостаточные и требующие дополнительной конкретизации.

^ Социально-практическая перспектива. У истоков данного направления стоит известный математик, академик Д.А. Александров. В начале 60-х гг. в своих публичных лекциях на тему “Польза и вред философии” он задал прагматический ракурс анализа феномена философии1.

О практическом значении философии в наиболее общем плане писал И.И. Матвеенков. Выступая против самопонимания философии как сумеречного сознания (сова Минервы), он отстаивал концепцию философии как моста, соединяющего настоящее с будущим. “Таковы два противоположных понимания роли сознания и философии в деятельности людей, – писал И. И. Матвеенков. – Гегель считает, что философия не может служить будущему. Маркс же, наоборот, в научной теории, в научной философии видит необходимое условие возникновения новых общественных норм”2.

В том же духе высказывался Г. А. Свечников: “Жизнь, наука, практика нуждаются в такой философии, которая бы не только объясняла мир, но и указывала путь для революционно-преобразующей деятельности людей. Именно такую философию, философию, устремленную в будущее, философию революционного действия, создавали и развивали основоположники марксизма-ленинизма”1.

Таким образом, Д.А. Александров, И.И. Матвеенков, А.Г. Свечников выразили практическое понимание философии, точнее, понимание ее и как практической философии. В последующем наблюдалась дивергенция концепта практически ориентированной философии. Устремленность в будущее интерпретировалась, с одной стороны, как революционно-практическая роль философии, а, с другой стороны, эта устремленность увязывалась с участием философии в решении глобальных проблем.

Так, согласно М.А. Розову, философия интересуется не столько тем, что есть, сколько тем, что должно быть. М.А. Розов и Н.И. Кузнецова напоминали: “Мы точно забыли, что задача не только в том, чтобы объяснить мир, но и в том, чтобы изменить его”2. Философия понимается как социальная служба – служба обеспечения свободы. М.А. Розов, С.С. Розова, Н.И. Кузнецова, Л.С. Сычева, О.Б. Соловьев задачу философа видят в проектировании и конструировании системы ценностей. В этой связи Г.А. Антипов и А.Н. Кочергин выделяли прикладную функцию исторического материализма, выражающуюся в разработке методологии социальной инженерии3. Акцентируя внимание на революционно-критической функции философии, А.Н. Кочергин, видел в философии основание и обоснование политики4.

Выделяя в буржуазной философии социально-практическое направление, А.Л. Симанов показывал существенность ее связей с политикой: “Философия служит методологической базой формулирования политических идей класса, с помощью которых класс теоретически обосновывает цели, задачи и методы политических действий, а сама методологическая база определяет мировоззренческим содержанием философии, обусловленным социально-политической практикой”1. О существенности связи философии и политики писали также А.Т. Москаленко2, И.С. Ладенко3, Н.А. Хохлов4.

Практическая ориентация философии увязывалась также с участием в решении глобальных проблем. Н. А. Хохлов обратил внимание, что глобальные проблемы современности впервые были осознаны именно философами. Он также подчеркивал: “Чтобы сохранить жизнь на земле, предотвратить и ядерную и экологическую катастрофы, человечество должно ясно осознавать те угрозы, которые его ожидают в будущем, и еще раз вернуть к кантовской постановке основных вопросов философии, особенно к вопросу “На что мы можем надеяться?”5. Э.Р. Барбашина, О.В. Зиневич и Л.Б. Четырова высказывали мнение, что глобальная тематика стала импульсом переосмысления и новой постановки в конкретно-историческом аспекте абстрактно-общих вопросов смысла жизни, жизни и смерти, конечности и бесконечности цивилизации, сущности и условий существования человека, преемственности и целесообразности исторического прогресса6. В общем виде такую задачу формулировал, в частности, А.Н. Кочергин. На его взгляд, глобальные проблемы наложили существенный отпечаток на понимание сущности и характера многих традиционных философских проблем7. Современная философия, на его взгляд, должна стать прежде всего философией выживания8.

Общим итогом реализации социально-практической перспективы в исследованиях философии, на наш взгляд, стало открытие горизонта философской практики как основы, цели и критерия истинности философского познания. В марксистско-ленинской философии положение о практике как критерии истины конкретизировалось в положении об общественной практике как критерии истинности философии. Так, С.Н. Еремин рассматривал общественную практику как критерий истинности исторического материализма1. Различая философию и философскую практику, редукцию философии исключительно к духовному отношению к действительности В.В. Бобров оценивал как превратное представление обыденного сознания2.

Социально-практическая интерпретация философии стала базовой для новосибирских философов, и данную интерпретацию мало кто отрицал, за исключением, пожалуй, О.А. Донских, который считал, что философия – это познание ради познания3. В созерцательности и отсутствии внедренческого эффекта В.Г. Пыхтин и Т.Ф. Пыхтина видели общий недостаток домарксовой философии4. По мнению В.П. Горана, в одиннадцатом тезисе Маркса о Фейербахе философия только достигает осознания своей праксеологической функции, тогда как действительная реализация этой функции была присуща ей изначально. В.П. Горан полагает, что философия всегда оказывала значительное влияние на жизнь общества, в том числе и на практическую его составляющую5.

Таким образом, допускается, что философская практика существовала и ранее, правда, не всегда в осознанных формах. Поэтому возникает вопрос о бессознательном в философии.

^ Социально-познавательная перспектива. Принято считать, что философию отличает рефлексия. Цель философии М.А. Розов, Н.И. Кузнецова, С.С. Розова, Л.С. Сычева и О.Б. Соловьев видели в приобретении арсенала отрефлектированных критериев выбора, обеспечивающих свободу человека и формирующих его как личность, способную к рационально обоснованному действию1. А.Н. Кочергин и Г.А. Антипов убеждены, что для философа рефлексия – это самоцель2. Позднее, Г.А. Антипов определял философию как культивированную, целенаправленную рефлексию3.

Акцент на рефлексивной стороне философии позволяет идентифицировать рассматриваемую исследовательскую перспективу как познавательную. Ее особенностью было признание того, что философия есть социально обусловленное сознание и самосознание. Так, М.А. Розов присутствие в древнегреческом мышлении развитых дихотомических классификаций объяснял особенностями организации рода, постоянным обсуждением политических вопросов и процедурой голосования “за” и “против”4. В.П. Горан указывал, что практика публичного и свободного обсуждения общественно значимых вопросов в народном собрании развивала способность принимать во внимание самые различные подходы и точки зрения, что не могло не найти отражения в мировоззренческих представлениях древнегреческой философии5. С точки зрения А.Л. Симанова, политический смысл в себе несут не только положения исторического материализма, но и положения диалектического материализма6. С. С. Розова, Л. С. Сычева и О. Б. Соловьев указывают, что живые акты философствования принимают форму социальной волны, несущей, как эстафету, опыт философствования от человека к человеку и от поколения к поколению7. В. П. Фофанов характеризовал философию как всеобщую рефлексию социальной деятельности. Специальный учет социальной обусловленности философского познания позволяет более точно определить рассматриваемую исследовательскую перспективу как социально-познавательную.

Конкретным отправным пунктом в познавательной характеристике философии, по-видимому, в соответствии с базовой онтогносеологической традицией, является представление о мировоззрении, возникающем в воззрении человека на мир. С. С. Розова, Л. С. Сычева и О. Б. Соловьев считают, что философия как особого рода мировоззрение есть теоретический пласт мировоззрения1. С точки зрения Н. А. Хохлова, философия есть мировоззрение и метамировоззрение, более точно, теоретическое мировоззрение и теория мировоззрения2. В. П. Горан справедливо заметил, что и теология есть теория3, и предложил определить философию как рефлексивную метамировоззренческую теорию.

Как показала О. В. Зиневич, рефлексия присуща не только философии, но и другим формам общественного сознания4. На наш взгляд, религиозное и художественное сознание обладают не меньшей, а в ряде случаев, возможно, и большей мерой рефлексии. Нередкие призывы к разработке рефлексивной философии подразумевают как раз недостаточную рефлексивность наличной философии. Философия как рефлексия это не только и не столько результат, но и процесс, снимающий в себе первоначальную наивность познания.

Каждое философское учение во многом оказывается рефлексией предыдущих учений. “На каждом последующем этапе своей истории философия осуществляет, по гегелевской терминологии, перевод части содержания последующих этапов из состояния в-себе-бытия в состояние для-себя-бытия, – пишет В. П. Горан, – т. е. частично осуществляет осознание и концептуальную экспликацию в последующих учениях тех особенностей предшествующих учений, которые составляют существенный аспект их содержания, но в самих этих учениях еще не осознаны, не выделены и не оформлены концептуально”5. Сознательность философии, вследствие этого, носит исторически относительный характер.

Так, В. П. Фофанов убежден, что на этапе становления теоретическая философия была недостаточно рефлексивна и питала некоторые иллюзии1. Любопытный спор о наивности онтологии состоялся между В. П. Фофановым и С. Н. Ереминым в 1991 г. на семинаре отдела философско-социологических исследований Института философии и права СО АН СССР. По словам С. Н. Еремина, характеризуя его подход к оценке и анализу социальных проблем, В. П. Фофанов говорил о тяготении к наивному реализму. По мнению С. Н. Еремина, наивный реализм (“естественная установка”) есть необходимая ступень познания: “... Логически обосновывая и утверждая ту или иную онтологическую схему, мы не можем обойтись без “наивного реализма” ни в стадии ее разворачивания, ни тем более в стадии ее реализации, когда, придавая ей практически-конструктивный характер, мы вынуждены пользоваться языком и представлениями этого реализма”2.

Излагая взгляды М. К. Мамардашвили, С. С. Розова, Л. С. Сычева и О. Б. Соловьев поддерживают различение реальной философии – как совокупности фактически совершаемых неосознаваемых актов философствования – и философии учений – как продукта профессиональной деятельности по выявлению, осмыслению и анализу стихийно сложившихся результатов реальной философии3. Под неявным философским знанием С. С. Розова, Л. С. Сычева, О. Б. Соловьев предлагают понимать имплицитное философское содержание, не получившее адекватного выражения в философском языке4.

Некоторая конкретная философия образует, по мнению С. С. Розовой, фон любой человеческой деятельности5. На существование скрытой метафизики, глубинных (фоновых) философий обращал внимание В. В. Целищев6. Он отмечал, что большинство математиков являются стихийными платонистами, поскольку уверены в объективном и независимом от человека существовании математических объектов1. С точки зрения В. В. Целищева, данный факт важно учитывать специалистам в области философии математики при разработке наиболее естественной философской позиции, приемлемой для основной массы математиков. Дивергенция основных направлений в философии математики, как полагает В.В. Целищев, определяется расхождениями скорее психологическими, нежели философскими.

Таким образом, В.В. Целищев неявно фиксирует горизонт психической детерминации философского познания. Философия есть не только рациональное, но и эмоционально детерминированное познание. На взгляд О.В. Зиневич, эмоциональную насыщенность философской онтологии показал А.Ф. Лосев: “По Лосеву, платоновская онтология строится на чувстве, желании, чаяньях и недоговоренностях о духовном преображении мира и личности”2. Наиболее психологичной выглядит восточная философия. Синкретизм, символизм, своеобразный алогизм и традиционализм восточной философии, подчеркивал В.И. Ожогин, требует постепенного и поэтапного проникновения в органическую образно-метафорическую ткань ее текстов, интуитивного постижения контекстуальных смыслов и предельно осторожного истолкования посредством синонимических рядов лексики3. Отсюда вытекает отмеченная Е.Б. Клевакиной неустранимя многозначность философской терминологии4.

Субъективная конкретность интерпретации содержания любой философской категории является одним из доводов, которым аргументируют положение о том, что мир философа нельзя подтвердить или опровергнуть обращением к фактам. Так, например, Н.А. Хохлов убежден, что философия является теоретической системой знания и, подобно логике и математике, не имеет эмпирии5. Такую констатацию А.Н. Кочергин и Г.А. Антипов считают обычной для советской философской литературы6.

Вопрос об эмпирической базе философии новосибирскими философами специально не обсуждался. Заметим только, что в различных исследовательских ситуациях эмпирическую обусловленность философии констатировали В.Н. Борисов1, Г.А. Свечников2, И.С. Ладенко3, В.П. Фофанов4, А.Н. Кочергин и Г.А. Антипов5, С.А. Смирнов6, Ю.В. Попков7.

Таким образом, возникла противоречивая ситуации в понимании гносеологической структуры философии. С одной стороны, в философии видится только теория, а, с другой стороны, признается, что философия опирается на личный и общественый опыт. Существует ли тогда специфическая и неспецифическая философская эмпирия? наблюдение? эксперимент? По-видимому, в пределах социально-познавательной перспективы, фиксирующей философию как знание, этот вопрос представляется малозначимым.
  1   2   3

Похожие:

Е. А. Тюгашев феномен философии в работах философов iconФеномен философии в работах философов новосибирского академгородка:...
Поэтому адекватное понимание философских задач будущего представляется возможным лишь с позиций достижений прошлого. В этой связи...
Е. А. Тюгашев феномен философии в работах философов iconРефератов и философских сочинений тема философия как социокультурный...
Рационально-этическая концепция Сократа и ее роль в раз­витии античной философии
Е. А. Тюгашев феномен философии в работах философов iconЕ. А. Тюгашев предметоцентризм и педоцентризм в понимании предмета философии
Между тем предмет есть нечто пребывающее в покое, остановившееся. А историчность философии показывает ее изменчивость. Следовательно,...
Е. А. Тюгашев феномен философии в работах философов iconЕ. А. Тюгашев провинциальная философия и всемирно-философский процесс
Росси Состоявшаяся 28 мая 2008 года на базе Псковского политехнического института межвузовская научная конференция «Роль провинциальной...
Е. А. Тюгашев феномен философии в работах философов iconРеферат На тему: Идеи развития философии. Диалектика. Сократ
Большинство философов самых разных направлений высказывают мысль о том, что родиной философии является Греция VII-VI вв до н э. К....
Е. А. Тюгашев феномен философии в работах философов icon2005 Издается в соответствии с планом учебно–методической работы нгуэиУ
В хрестоматии по философии представлены фрагменты из трудов философов разных эпох и направлений. Предназначена студентам заочного...
Е. А. Тюгашев феномен философии в работах философов iconСтатья из Вестника Российского философского общества, №3, 2000 г
О практической философии и необходимости введения института практических философов
Е. А. Тюгашев феномен философии в работах философов iconКатречко С. Л. О гипотезе «языковой относительности»
«Различные языки — это не различные обозначения одного и того же предмета, а разные видения его». Далее это положение развивалось...
Е. А. Тюгашев феномен философии в работах философов iconМонография
Монография предназначена для философов и преподавателей философии, студентов и всех, кто интересуется философскими проблемами
Е. А. Тюгашев феномен философии в работах философов iconПифагорейцы
Фрагменты из книг: Антология мировой философии: Античность. Мн.,2001; Фрагменты ранних греческих философов. М.,1989
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2019
контакты
pochit.ru
Главная страница